ВРАЖЕННЯ І ДУМКИ ВІД З А Н О З И
На открытии Феста нам продемонстрировали концерт американского разлива. Бодрая музыка. Нет, слово «музыка» надо убрать. Бодрая (это оставим). Вроде типичной американской улыбки. Вы видели в теленовостях, как улыбается типичный американский политик? Вот он серьезный. Но вдруг – заметил, что на него направлен объектив - и тут же улыбка. 32 зуба. И здесь – в этом «концерте» – все время 32 зуба. Непрерывно. Правда, когда непрерывно – то это уже оскал. Так что – не улыбка. Оскал.
Но называется - «концерт». Что-то там елозит виолончель. Хотя не слышно – что именно. Но – елозит. Потому что видно, как дама работает. Напряженно работает.
Пианист тоже трудится (концерт называется «двойной») – "поливоны" по всей клавиатуре. У профи это называется ОФД (кто не знает - это «общие формы движения»). И еще – аккорды. Такие острые. Очень агрессивно. В маршевом ритме и с пунктирами. Вроде – группа захвата на марше. Или (американцы ведь!) – отряд миротворцев насаждает демократию. Много восклицательных знаков, сплошное форте-фортиссимо. Вобщем – шумный такой боевик. В трех частях. И во всех – стреляют.
Но называется – концерт. Видно, у автора - непреодолимая потребность писать концерты. Только напрасно он отнес к себе финальную овацию и крики браво. Они явно были адресованы оркестру и Сиренко, мужественно переварившим несьедобное месиво г-на Дэвида Винклера. Особенно трудной была партия концертмейстера скрипок, вынужденного – в позе атакующего фехтовальщика – придерживать своим смычком разлетающиеся ноты виолончелистки.
А может подобные визуальные акценты тоже входили в авторский замысел – как особые приемы инструментального театра? Некоторые продвинутые слушатели посчитали и бесподобную шевелюру пианиста частью перформанса. Но- не думаю. Лысый пианист тоже бы неплохо смотрелся.
...Тех, кто ушел после первого отделения, отчасти жаль: не услышали они Дычко и Станковича. А это была настоящая музыка, какой и положено звучать на открытии Феста.
Заноза